Кирилл Мозгов (mka) wrote,
Кирилл Мозгов
mka

Макария Алтайский: завершение миссии

Оригинал взят у ruponia в Макария Алтайский: завершение миссии

Традиционно заботы  российских пастырей-миссионеров простирались  не только на духовные нужды просвещаемых народов, но и на уврачевание их телесных страданий. Уже было отмечено, что русский миссионер  в глазах  народов, населявших окраины Империи, был не только церковнослужителем и носителем христианского просвещения, но, шире, целой христианской цивилизации, имеющей в своем арсенале, среди прочих достижений, бесспорные  успехи в деле лечебной практики, способной наглядно явить свое преимущество перед языческими способами врачевания.

Но и здесь нередко мисссионер сталкивался с немалыми трудностями.

26 августа 1863 года. "Горе миссионеру вовсе незнакомому с медициной; но не легче и сколько нибудь сведущему, но лишенному необходимых средств. Не имея возможности сколько нибудь облегчить страдания больного, крещенный-ли то, или некрещенный, напрасно миссионер будет и убеждать его не обращаться к шаманам, без помощи которых, по мнению суеверных, нельзя спастись от беса, произведшаго болезнь. Калмык не пощадит и последнего своего достояния на жертву бесу и на уплату шаману, часто за одно только обещание облегчения. Выходящему на поприще апостольское необходимо иметь в одной руке Евангелие, в другой лечебник; то и другое не должны оставлять его ни дома ни в пути".

Но даже среди тех алтайцев, которые были готовы принять святое Крещение, нередко все еще бытовал магический взгляд на церковные таинства, а желание стать причастником Святых Божественных Таин порой диктовалось чисто житейскими соображениями.   И здесь от миссионера требовалось немалое умение, чтобы убедить оглашенных в истинном значении церковных таинств и обрядов.

17 июля 1867 года. "Оглашена некрещенная жена новокрещенного Сергея Куйбука и наречена Мариною. Она изъявила желание креститься частию по убеждению мужа своего, частию по совету новокрещенных, говоривших ей, что животворящие Тайны Тела и Крови Христовы, послужившие для некоторых из них спасительным врачевством против болезней, могут исцелить и ее от недуга, если она уверует в Иисуса Христа и примет святое Крещение. Мучимая болезнию Марина желала Крещения как обыкновенного врачевства против своей болезни, мало заботясь о недуге души своей и о достойном приготовлении к принятию святого врачевства. Нужно было объяснить и убедить ее в том, что Крещение и Святое Причащение бывает спасительно для души и, аще Господь изволит, целительна для тела, только верующего и кающегося грешника. Марина стала учиться и приготовляться к Крещению".


Хотелось бы привести еще ряд фрагментов из миссионерских "Записок", дающих наглядное представления о форме и методах пастырской работы  о. Макария с новокрещенными алтайцами во внебослужебное время.

14 января 1867 года. "Отправлял у новокрещенных всенощное бдение по-татарски; после богослужения беседовал с ними о жизни христианской, о состоянии отшедших душ по смерти и об ангелах хранителях. Последнее они слушали с особым внимание и удовольствие свое, что у них есть невидимые и сильные поборники против злобы диавола, они выражали жестами".

4 июня. "Праздник Пятидесятницы. Литургия совершена большей частью на татарском языке. После трапезы с толмачом отправились к новокрещенным, живущим в дальней деревне. Пред вечером новокрещенные собрались все и, севши на траве в кружок, дружно и громко повторяли за мной десять заповедей Господних. Ученье продолжалось около часа. После заучивания на память объяснено было значение каждой заповеди отдельно. Некоторых из стариков при изучении первой и второй заповеди говорили: "на что нам другие боги! Мы их оставили и теперь веруем в единого Господа Бога. На четвертую заповедь один из старцев сделал замечание, что празничная работа не бывает прочна. Пятая заповедь особенно нравилась родителям, у которых есть дети; потому они произносили эту заповедь с особенною выразительностию. Седьмую и восьмую заповеди некоторые произносили таким тоном, который обличал их согрешение против этих заповедей".

5 июня 1867 года. "Утром с новокрещенными повторено учение десяти заповедей. Совершено освящение воды, которою окроплены все юрты. Днем собраны были одни дети; после повторения заповеди они учились петь. Призваны были и те из недавно крещенных, которые нетвердо знают молитвы; они учились до самого вечера и дали слово доучить молитвы после нас. Одна из женщин на вопрос мой: "молится ли она дома по утрами и вечерам?" отвечала: "как же, все мы молимся и утром, и вечером, и пред принятием пищи. Нам теперь и спится спокойнее, не являются во сне курюмеси, как бывало прежде; некоторые из нас теперь видят во сне, что вы приходите к нам с книгой, читаете и учите нас."... Вечер тихий, теплый и отрадный. Приятно жить среди новокрещенных, младенцев веры, которым Отец Небесный благоволит открывать тайны своей премудрости".

Однако, препятствия к распространению проповеди о Спасителе среди коренных племен Алтая заключались не только в инертности нрава, боязни разрушить привычный уклад жизни, пронизанный языческими обрядами, а также родственные отношения о которых было сказано выше, но и в немалой степени в достаточно жестком и последовательном  неприятии  алтайскими общинами своих  новокрещенных собратьев, что доставляло последним немалые страдания.

16 июля 1867 года. "Вечером ездил к дальным новокрещенным. Между прочим некоторые из новокрещенных говорили: "благодарение Богу мы живем после Крещения благополучно, видим на себе милость Божию; в нуждах и болезнях наших помогает нам Бог. Только некрещенные наши соседи стараются всячески досаждать нам".

Отец Макарий старался поддержать своих пасомых не только молитвой и словом утешения, но и, когда это было жизненно необходимо, прибегал к помощи местной администрации, во власти которой было возможно предотвратить дальнейшие притеснения христиан-алтайцев. Вот как об этом пишет сам святитель: 3-11 января 1867 года. "Происходил выбор новокрещенного Бошки Никиты в демичи для управления новокрещенными чулышманцами, по предписанию г. исправника. Необходимость избрания демичи из новокрещенных сознана начальством вследствие жалоб новокрещенных на притеснения и оскорбления от некрещенных своих начальников, которые самовольно лишали их прав, какими они пользовались в своем обществе до Крещения... были несправедливы к ним в судах, останавливали и наказывали желающих креститься. Татары этому избранию сильно противились. Они никак не предполагали, чтобы, презираемые ими крещенные их собратья могли пользоваться особенным покровительством начальства и потому предписание г. исправника избрать для жителей Чулышмана демичу из крещенных было тяжелым ударом для их гордости, почему старейшины народа решились ехать к зайсанам, надеясь на их содействие, остановить распоряжение г. исправника. Несмотря на то, воля начальства была исполнена и Никите вверено управление новокрещенными. Другое предписание г. исправника относительно выдачи детям крестившихся татар принадлежащего им наследственного имущества исполнено без большого сопротивление со стороны последних, к радости новокрещенных, нашедших себе защиту в христианском начальстве, и к немалой досаде презиравших их татар".

Приведенный выше фрагмент из "Записок" о. Макария убедительно опровергает до сих пор бытующее в светской историографии мнение о том, что основным мотивом принятия таинства Крещения жителями российских окраин служили материальные льготы для новокрещенных, ставившие их в несравненно более выгодное положение по отношению к их некрещенными собратьями.

И все же, несмотря на случавшуюся помощь новокрещенным со стороны местной государственной администрации, о. Макарий видел свою пастырскую задачу в воспитании у христиан-алтайцев начал соборности, которые должны являть себя не только в общей молитве, но и в совместном труде, оказании действенной помощи своим ближним.              

Примечательна запись от 13 сентября 1866 года. "Новокрещенный Сергей Кубук приходил в монастырь просить у нас сохи и коней для распашки новой земли под пашню, обещаясь за это попахать несколько для монастыря. Просимое ему обещано с тем условием, чтобы он вместо монастырской пашни, попахал своим новокрещенным собратьям".

Но не меньшим испытанием и соблазном для новокрещенных алтайцев  наряду с реакцией на их обращение ко Христу со стороны единоплеменников было и поведение  к тому времени уже многочисленных приезжих из России, среди которых были люди разных сословий и профессий, но, к сожалению, не все из них достойно несли имя православного христианина.   Уже будучи начальником Алтайской Миссии Владыка Макарий неустанно обличал членов Православной Церкви, которые по призванию должны были сами являть пример подлинно христианской жизни как для новообращенных жителей Алтая, так и для тех, кто еще пребывал во тьме язычества.  Так, в одной из своих речей, посвященной состоянию Алтайской миссии, святитель гневно восклицал: "Более прискорбно было видеть юным христианам Алтая врагов своих, в лице новых братьев по вере; это - домашние враги и, к стыду нашему, таковыми являются наших кровные соотечественники. Это - те русские, у которых бог - чрево их. Это - те представители русской гражданственности, которые только по имени русские, христиане только по рождению, и более ни по чему; они находят для себя честь - быть выше всякого суеверия, каковым едва ли не считают и христианство. Они в угоду язычникам, чтобы добиться от них того, что им нужно, не прочь иногда участвовать в их жертвоприношениях. Они готовы одобрять остающихся в язычестве, за их твердость в вере своих отцов, и порицать обратившихся в христианство, признавая это, как бы, отступничеством".

В перерывах между поздками по Алтаю о. Макарий не оставлял своих трудов по разработке и систематизации грамматики алтайского языка, печатанию книг на родном языке для новокрещенных, которое осуществлялось с его помощью в 1864-1866 годах в Петербурге.

В 1867 году иеромонах Макарий вновь приезжает в Петербург и занимается печатанием книг до июля 1868 года. За это время им были выполнены следующие издания на алтайском языке:

- Литургия св. Иоанна Златоуста;

- Священная история Нового Завета;

- Воскресные Евангелия, читаемые на литургии;

- Евангелия воскресные, читаемые на утрени, на двунадесятые праздники и на Страстную седмицу;

- Последование Часов и изобразительных;

- Огласительные поучения для готовящихся ко св. Причащению;

- Последование святого Крещения.

А с 1868 по 1869 год миссионер совместно с Н. И. Ильминским трудится над пересмотром и изданием грамматики алтайских наречий в Казани, в крещено-татарской школе. С помощью Н. И. Ильминского о. Макарий уяснил для себя много из того, что ему было непонятно в алтайском языке через сравнение его с другими тюркскими наречиями, с монгольским языком, плодотворно пользуясь феноменальными лингвистическими познаниями Николая Ивановича Ильминского для исправления алтайской грамматики. Самим же отцом Макарием была проделана кропотливая и капитальная работа по переводу на алтайский язык Четвероевангелия, других книг Священного Писания и богослужебных текстов.

"Предложенная работа всецело поглотила сибирского труженника, так что ему оставалось весьма мало времени для отдыха, но и этот последний он не проводил праздно, а стал посещать казанскую инородческую школу, куда влекли его миссионерские симпатии и самый вид крещено-татарских детей, напоминавших ему таких же алтайских, с котороми он сроднился душой. К тому же казанско-татарское наречие, алтайскому родственное и очень ему близкое, представляло много интересного материала для сравнения. Наконец будучи знатоком церковного пения и имея тонкий вкус, отец Макарий заметил в той же школе одноголосие и другие недостатки и возгорелся желанием их исправить. С благословения старших он начал приучать мальчиков и девочек исполнять хором на родном языке молитвы "Царю Небесный", "Отче наш", "Богородице Дево, радуйся", а потом и другие песнопения. Этот добрый почин способствовал тому, в казанской школе все богослужение постепенно упрочилось на татарском языке, и его охотно стали посещать взрослые крещеные татары, на которых церковные службы производили неотразимое впечатление".

Впоследствии в 1882-1884 годах в Казани было издано четыре сборника "Житий святых" на алтайском языке.

По праву оценив инициативу и усилия о. Макария в Казани в деле систематического обучения церковному пению воспитанников инородческой школы и укоренения в местных храмах  богослужения на татарском языке, Совет Братства святителя Гурия избрал его пожизненным своим членом и исходотайствовал миссионеру в Священном Синоде сан игумена.

Возвратившись в Чопош из Казани святитель устраивает  у себя по подобию казанской школы для крещеных татрских детей училище на семьдесят человека, при котором было выстроено общежитие. Епископ Арсений в своих воспоминаниях о святителе приводит знаменательный эпизод из педагогической практики Владыки Макария в те годы. Он пишет, что посетивший через два года после открытия училище томский губернатор А. П. Супруненко, пришел в восторг от ответов учащихся, о чем немедленно сообщил министру народного просвещения, ходатайствуя перед последним о награждении игумена Макария орденом Святой Анны, но, не дожидаясь  присылки ордена из Петербурга, вручил миссионеру такой же собственный знак отличия.

Между тем,  для того, чтобы убедить алтайцев обучать своих детей грамотности, в особенности девочек, требовалось немало пастырского  труда и терпения. Одна из дневниковых записей, о. Макария красноречиво об этом свидетельствует: "Послушник Иосиф приехал из училища и объявил мне, что новокрещенный Андрей не отпускает детей учиться. Вечером я поехал в деревню Козакову узнать о причине перемены в мнении Андрея. На вопрос мой Андрей отвечал: "какая польза будет детям от учения? они нужны для матери, которой некому помогать в работах (он говорил неправду, потому что дети малолетны, и для матери плохие помощницы). Сюда приезжал один новокрещенный из Урсула, продолжал Андрей, и говорил, что там девочек не учат. Потому-то и я боюсь, как бы детей выучивши грамоте, не отобрали куда-нибудь". Объяснив Андрею пользу обучения грамоте, и сказав между прочим, что в Улале и девочки учатся грамоте, я просил его оставить детей учиться хотя из послушания своему священнику, который всегда учит их только добру. Андрей не стал более прекословить и согласился, чтобы дети продолжали начатое учение. Вечером я показывал детям картинки из св. Истории, объяснение их они уже знают".

Позднее Владыка Макарий неоднократно подчеркивал благотворное влияние просвещения на быт и нравы алтайцев: "Но особенно благотворное влияние на шаманский Алтай оказывают распространение русской грамотности. В недавнее время язычники, из подражания миссионерским школам, стали заводить у себя школы на свой счет, приглашая в них учителей из питомцев миссионерских школ и изъявляя желание, чтобы детям их преподавали и христианское вероучение".

Школы сделались на Алтае не только центрами грамотнотности и просвещения, но прежде всего очагами христианского воспитания и проповеди для всех некрещеных алтайцев. В 1872 году руководимая о. Макарием чопошская школа уже начала посылать учителей соседним школам, выпускники которых сеяли семена христианской веры в окрестных районах.

Уже в 1875 году о. Макарий назначается помощником начальника Миссии архимандрита (впоследствии епископа) Владимира (Петрова) и целиком погружается в деятельность по организации школьного, переводческого, богослужебного и иного просветительного дела на Алтае. Новое назначение только расширило сферу трудов о. Макария, на нем лежала вся отчетность, в его задачу входило ежегодное обозрение всех миссионерских станов, попечение о школьном деле, которое за эти годы заметно оживилось и поднялось на новую ступень.

Обучением и воспитанием юных жителей Алтая о. Макарию приходилось заниматься почти все время своей миссионерской службы до его назначения начальником миссии. Его трудами, по указанию епископа Владимира, был составлен первый алтайский букварь для обучения алтайской грамоте по звуковому методу.

Но для нашего портрета святителя важны те черты  пастырско-педагогической  деятельности о. Макария, благодаря  которым миссионерские школы  получили прежде всего ярко выраженное церковно-воспитательное направление. Именно  его труды сделали возможным появление нового типа церковно-миссионерской школы.

Делая для детей школу училищем веры, святитель старался сделать ее и училищем благочестия. Чтобы выработать у детей самостоятельную потребность в молитвословии, во всех школах миссии совершались утренние, а во многих и вечерние молитвы. Святитель как можно теснее старался сблизить церковь и школу. Учителя и ученики миссионерских школ наряду с чтецами и певцами были обязательными посетителями всех церковных служб, а во внебослужебное время проводили с прихожанами духовно-нравственные чтения. Следуя примеру основателя миссии о. Макария (Глухарева), Преосвященный придавал особую роль в деле христианского воспитания духовно-нравственному чтению и пению.

Уже будучи начальником миссии о. Макарий неоднократно издавал "Первую Лепту"  - сборник духовных песнопений архимандрита Макария (Глухарева), но позднее он собрал новый сборник - "Лепту вторую". Стихотверения из этих сборников исполнялись верующими алтайцами на внебогослужебных собраниях и пользовались большой популярностью. Интересно, что этот благочестивый обычай распространился далеко за пределы миссии, и запросы на "Лепту" поступали из разных концов России. "Лепта стала насущною потребностью при духовно-нравственных пастырских собеседованиях и в жизни церковных школ," - отмечалось в предисловии к третьему изданию "Лепты второй".

Многолетний миссионерский опыт позволил Преосвященному Макарию утвердить во вверенной ему миссии особую пастырскую практику, учитывающую особенности и духовный уровень его новообращенной паствы. Одним из  наглядных примеров такого рода практики являлся обычай в миссии давать на богослужениях (насколько это позволяет устав) как можно больше места деятельному участию молящихся.  Так, во время службы все молящиеся читали за чтецом "Трисвятое" и "Отче наш", на утрени в воскресные и праздничные дни пели припевы к тропарям канона, постом повторяли за священником молитву преподобного Ефрема Сирина. Деятельное участие в богослужении облегчало для новообращенных труд выстаивания службы, воспитывало потребность в церковной молитве. Получила и повсеместное развитие на приходах практика внебогослужебного религиозно-назидательного чтения.

Несомненной заслугой о. Макария в эти годы явилось создание в миссии системы переводов по казанскому типу, когда к этой работе наряду с квалифицированными переводчиками привлекались наиболее способные ученики школ. Это позволило в скором времени развить на Алтае целую литературу - как переводную, так и оригинальную, распространявшуюся печатным и рукописным способом, что в скором времени потребовало и создание цензурной комиссии, куда вошел игумен Макарий. Председателем этой комиссии стал начальник миссии архимандрит Владимир.

С открытием в 1882 году Бийский архиерейской кафедры и определением на нее архимандрита Владимира, его преемником был назначен игумен Макарий, с возведением в сан архимандрита.

Приняв в свои руки управление миссией о. Макарий только умножил собственные труды, направленные на развитие и укрепление  на Алтае миссионерского дела. За долгие годы жизни в этом краю о. Макарий так хорошо изучил Алтай, что, как свидетельствовал один из  сотрудников миссии, не было ни  одного улуса, ни одной речки, ни одного ущелья, где бы не знали его по имени и не помнили его наставлений. Даже в самых захолустных углах и недоступных дебрях его имя пользовалось великим уважением среди язычников, залогом чему являлась его великая пастырская любовь ко всем людям, населявшим эти края.

В 1884 архимадрит Макарий был хиротонисован во епископа Бийского на место переведенного на Томскую кафедру Преосвященного Владимира. За годы архипастырского служения Владыки Макария в Бийске, а затем (с 1891 года) в Томске в Алтайской миссии значительно возросло число станов, церквей, школ. Умножилось и число сотрудников миссии. Особенное развитие получила Бийская катехизаторская школа,  укрепившая традицию подготовки миссионеров, начатую еще в Улалинском миссионерском училище. С конца 70-х годов питомцы этого училища направлялись для продолжения учебы в Казанскую семинарию, но с открытием в Бийске катехизаторского училища нужда в этих командировках отпала. Преосвященный Макарий живо интересовался жизнью своего детища, разъясняя всем сотрудникам миссии, какое важное миссионерское значение имееет для Алтая это катехизаторское училище. С течением времени в училище стали поступать не только коренные алтайцы, но,  шире, представители всех народностей, населявших Томскую епархию.

Развитие такого учебного заведения как Бийское катехизаторское училище закономерно влекло за собой открытие целого ряда низших миссионерских школ, расширение деятельности миссии, вынесение ее за пределы Алтайского края. В эти годы трудами Преосвященного Макария была упрочена Киргизская миссия, влияние Алтайской миссии распространилось на Нарымский и Минусинский округ. Это влияние шло не только через труды выпускников Бийского училища, но и, что было немаловажно, через переводческое дело миссии, которое при непосредственной поддержки Владыки Макария имело уже прочную основу для своей деятельности.

Просветительская деятельность святителя Макария на Алтае не ограничивалась только внешней миссией (т.е. среди коренного населения края), но имела и внутренний характер. Это относилось прежде всего к многочисленным среди русского населения Алтая приверженцам церковного раскола  разных его толков, а также членов всякого рода сект и религиозных течений, которых, по словам Преосвященного, было около 88 тысяч (!).

С целью  возвращения этих заблудших в лоно Матери-Церкви в Бийске в 1884 году было открыто противораскольническое братство св. Димитрия Ростовского. Принимая активное участие в его деятельности епископ Макарий немало потрудился над изучением противораскольнической полемики, побывал несколько раз во всех значительных раскольнических поселениях епархии, беседуя с их жителями, либо посылая туда противораскольнического миссионера из бывших старообрядцев.

При этом святитель всегда подчеркивал, что для пастыря "...попечение о возвращении в лоно Православной Церкви уклонившихся от нее требуется столько же любови к Церкви, сколько желания истинного блага нашему отечеству, для которого Православие составляет одну из существенных свойств русской народности и весьма важное условие к сохранению единства и прочности существования нашего дорогого отечества".

Немало сил полагал Преосвященный Макарий и на то, чтобы донести до самых широких слоев православного населения Алтая свою тревогу и заботу о будущем миссии, указывая на необходимость самой широкой духовной и материальной поддержки этого  Господом заповеданного служения, подчеркивая, что "...средства же тогда только будут умножаться, когда в православном народе возгреется усердие ко святому делу Евангельской проповеди.

Возгревать таковое усердие в других должен каждый христианин, получивший возможность сознавать важность, пользу и душеспасительность миссионерского дела, т.е., всякий знающий о миссии и всякий слышащий о ней".

Архипастырские послания, воззвания и выступления Преосвященного Макария содержат и ряд его размышлений о сущности пастырского подвига в условиях, когда  светом Христовой Истины необходимо просвещать племена язычников.

Личное мужество и решимость на подвиг несения Света Истины пребывающим во мраке невежества народам, выделяет Преосвященный среди главных качеств пастыря-миссионера. Ставя во главу угла  желание пастыря быть самим живым примером  подвижничества на пути восхождения ко Христу: "Кто преподает учение нечисто, из корыстных побуждений, кто боится за слово истины, неприятное для слушающих, претерпеть порицание, кто потворствует страстям слушателей, как делали это лжеучители, тот, по изречению апостольскому, строит здание из дерева, сена и соломы. Кто налагает на других бремена тяжелые и неудобоносимые, а сам и перстом не хочет двинуть их; кто одному учит, а другое делает; кто учит только словами, а не нравами своими, тот строит из непрочного, горючего материала, и дело его, при испытании огнем сгорит".

Особое значение для каждого пастыря-миссионера имеет  усердная молитва ко Господу об укреплении своих сил и о даровании успеха выбранному делу.

Говоря о силе молитвы, святитель вспоминает своего современника--великого миссионера митрополита Иннокентия (Вениаминова): "Итак, вот наш меч, вот одна сторона его. Этим мечом молитвы мы и вооружим себя и будем его носить при себе постоянно. Великое дело - усердная молитва об успехе дела. По выражению именитого миссионера, блаженной памяти митрополита Иннокентия, молитва не только способствует к изысканию средств, но сама есть средство для благоуспешного исполнения миссионерского служения. А другой почивший архипастырь миссионер говорил: "если миссионеры будут усердно молиться, то и содействие властей им не понадобится". Эту мысль он не считал своею, но как бы внушенную особенным образом".

Пастырь-миссионер должен быть для своих пасомых, говоря словами Писания, образом в "слове, житии, в любви, в духе, в вере, в чистоте" (1 Тим. 4, 12). Иначе, по слову святителя Макария, "... может случиться, что вражия стрела именно в это незащищенное место и попадет, и поразит броненосца. Говоря прямо, противник Церкви, заметив в сопернике своем какой-либо нравственный недостаток или нарушение какого-либо устава Церкви, свои стрелы обличения и будет прямо направлять на этот недостаток в миссионере; может заставить его молчать, сказавши ему в ответ на все его доказательства защищаемой им истины, на все увещания краткий Евангелский ответ: врачу, исцелися сам (Лук. 4, 23)".

К 1891 году число сотрудников Алтайской миссии было уже 75 человек, существовало 49 церквей и молитвенных домов, число крещеных возросло до 19216 человек. Было открыто 40 школ и училищ, а число учащихся возросло до 1168 человек. Таков был плод, принесенный Алтайской миссией к концу прошлого столетия. Миссии,  обязанной своим рождением   архимандриту Макарию (Глухареву), достойным продолжателем дела которого явился Преосвященный Макарий (Невский).

В 1906 году Преосвященный Макарий был награжден саном архиепископа, а в 1912 году - возведен на первосвятительскую Московскую кафедру.

Управляя Московской митрополией, Владыка Макарий не забывал свою алтайскую паству, постоянно переписывался с миссионерами, поддерживая их как молитвенно, так и материально, посылая деньги на устройство новых школ для детей алтайцев.

После февральских событий 1917 года митрополит Макарий был удален с Московской кафедры и поселился в Николо-Угрешском монастыре.

А в 1920 году во внимание к 50-летним трудам Владыки Макария на Алтае, Святейший Патриарх Тихон назначил Преосвященного Макария митрополитом Алтайским, сообщив ему об этом в письме от 19 августа 1920 года.

В Бийск было послано распоряжение поминать его имя за богослужениями. Знаменательно, что, по словам епископа Арсения (Жадановского), Владыка носил этот титул неформально, но "рассматривая бумаги, отправляя туда миссионеров, хиротонисуя епископов, и имея около себя помощника по управлению - Бийского архиепископа (Иннокентия), являвшегося главным наблюдателем миссии".

После нескольких лет продолжительной болезни Владыка Макарий мирно почил 17 февраля 1926 года в Николо-Угрешском монастыре.

Весть о смерти Владыки Макария долетела до Томска. Утром 5 марта на протяжении нескольких часов над городом раздавались удары в большой соборный колокол, сотни людей устремлялись в собор, чтобы молитвенно почтить своего святителя, более полувека потрудившегося на ниве просвещения многонациональной Томской епархии.



Ныне честные останки святителя Макария почивают в Троице-Сергиевой Лавре.

Для нас же непреходящим заветом остаются слова святителя: "Будем помнить заветы наших предков, умевших стоять, даже до крови, за Русь святую, за веру православную. В былые времена, где являлся русский человек, в лице ли казака, или промышленника, там являлись и символы Православия: часовня, церковь и священник. Где являлось то или другое, там оно оставалось навсегда, росло и множилось, но не погибало и не умалялось. Миссионеры суть пионеры русского Православия, не будем оставлять их одних в трудной их борьбе: их поражение - наше поражение; их устойчивость - наша честь.


Tags: вера, миссия, перепост, христианство
Subscribe
promo mka march 17, 2017 10:18 9
Buy for 20 tokens
Сто лет назад Россия лишилась царя. Сначала отрекся Николай II, а так как сына ему было жалко, и интересы семьи оставались для него превыше всего, то отрекся сразу и за наследника, переложив без предупреждения корону на брата. Младший брат последовал примеру старшего... Хаос нарастал, люди жили…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments